?

Log in

No account? Create an account
Эль Мюрид
Синцзян и Тибет 
27-окт-2012 02:09 pm

Я уже писал, что сейчас свожу воедино разные куски для небольшой книги. Кому интересно, может посмотреть на еще один получерновик - он еще довольно сырой - короткий обзор по двум критическим проблемам Китая.



До тех пор, пока США будут охватывать Китай и работать на его торговых коммуникациях, непосредственно для самого Китая опасность будет носить сугубо внешний характер. Однако есть фактор, который может немедленно и крайне остро перевести проблему противостояния с США в максимально горячую фазу. Это уйгурская и тибетская проблема.

Синцзян


Снимок экрана 2012-10-27 в 14.07.30Синцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) — это территория Китая, на которой компактно проживает уйгурский народ. Уйгуры обладали своей собственной государственностью, которая была в ходе исторических процессов и катаклизмов утрачена. После распада Циньского государства молодая Китайская Народная Республика предприняла очень серьёзные усилия для возвращения принадлежащих империи Цинь территорий — в том числе и Синцзяна. Возвращение — которое в значительной степени напоминало новый захват — закончилось созданием Синцзян-Уйгурского автономного района и политикой китаизации региона. К 2000 году численность хань и уйгуров практически выравнялась и составляла 45 и 40 процентов об общей численности населения СУАР. Тем не менее, более 80 процентов уйгуров проживает компактно на территории 4 западных префектур округа.

Уйгуры ожесточённо сопротивлялись присоединению Синцзяна к Китаю. В 20, 30 и 40 годы происходили восстания и велись освободительные войны, в новый период ожесточение несколько спало, однако с конца 90 годов выступления уйгуров вновь стали сотрясать регион.

Китайское руководство отдавало и отдает себе отчёт в опасности, исходящей от сепаратистских настроений в СУАР. Политика переселения ханьцев, массированные вливания в экономику региона, практически безвозвратные кредиты, экономическое развитие Синцзяна являются одной из приоритетных задач центральной власти.

Автор не ставит целью рассказывать здесь историю СУАР — важно понять, что по этому региону Китая проходит очень серьёзный разлом целостности Китая. Мало того — стратегически это исключительно важный регион, так как именно через него идут сухопутные транспортные потоки стратегических материалов и сырья для китайской экономики. Именно этому региону отводится исключительно важное место в стратегии диверсификации транспортных потоков снабжения китайской экономики.

Безусловно, что Запад не мог обойти вниманием эту сложную проблему Китая. Немедленно после создания СУАР уйгурский народ был включен в список народов, лишенных права на самоопределение, однако фактически на этом уйгурская тематика практически не поднималась на Соединенными Штатами, ни Западом в целом.

После развала СССР и экспансии США на территории, входящие в сферу интересов Советского Союза, Соединенные Штаты неизбежно были вынуждены обратить внимание и на уйгурскую проблему. Не признавая в течение длительного времени террористический характер деятельности подпольных уйгурских группировок, США четко обозначили своё отношение к этому вопросу. Правда, тактически после теракта 9/11 Штаты пошли на признание одной из сепаратистских групп Исламское движение «Восточный Туркестан» (ИДВТ) террористической  (июль 2002 г) в обмен на включение Китая в международную борьбу с терроризмом. Однако параллельно с этим 7 других сепаратистских группировок, признаваемых Китаем террористическими, не получили такого же признания Запада. Более того — в 2005 году США посетила Рабия Кадыр — одна из активных сторонников самоопределения уйгурского народа, которая на территории Штатов учредила Международный уйгурский фонд прав человека и демократии, а также стала президентом Американской ассоциации уйгуров и президентом Всемирного уйгурского конгресса (ВУК).

Эта двойственная позиция США серьёзно беспокоит китайское руководство. Особенно это актуально на фоне того, что США не скрывают факта финансирования сепаратистских уйгурских организаций. В частности, сразу после беспорядков в Урумчи, произошедших в начале июля 2009 года, представитель госдепартамента США Йен Келли подтвердил, что ВУК финансировался Национальным фондом доноров США в защиту демократии, который сам в свою очередь финансируется Конгрессом США. Стоит отметить, что КНР обвинила именно ВУК в организации беспорядков в Урумчи, в которых погибло почти 200 человек, а полторы тысячи получили ранения.

Особую нервозность китайского руководства вызвал тот факт, что Рабия Кадыр 8 июля 2009 года — сразу после подавления беспорядков — выступила с развернутой статьей в The Wall Street Journal (http://online.wsj.com/article/SB124701252209109027.html) , в которой призвала правительство США осудить КНР за подавление уйгурских выступлений в Урумчи. США не отреагировали, но сам факт выхода статьи во влиятельном деловом издании весьма встревожил Китай.

До сих пор относительная сдержанность США к поддержке уйгурских сепаратистских и террористических группировок в основном была вызвана нежеланием усугублять обстановку на территории АфПака — однако будущий уход армии США из этого региона позволяет Штатам существенно изменить своё отношение к уйгурской проблеме. Китайское руководство вполне обоснованно опасается, что после вывода американских войск из Афганистана США резко изменят риторику в отношении уйгурского сепаратистского движения и пойдут на обострение отношений с Китаем.

Собственно говоря, уже сейчас есть сигналы, свидетельствующие о возможном развороте политики США. В июле 2012 года помощник госсекретаря Майкл Познер заявил следующее: «...Наш сигнал правительству Китая таков: вы многого добились на экономическом фронте. Сейчас настал момент расширить пространство для проявления инакомыслия...» При этом стоит отметить, что как раз администрация Обамы гораздо более аккуратно стала подходить к уйгурской проблеме, нежели это было при прежней республиканской администрации.

Стоит понимать, что территориальная целостность — критическая проблема для любой страны. Для страны, находящейся в состоянии перехода к принципиально новой фазе развития, отвлечение ресурсов на какие-то иные цели может стать причиной катастрофы. Китай — не исключение. Его классическая проблема — неравномерное развитие побережья и внутренних областей. Это — особенность, характерная для всех периодов истории Китая, и китайское руководство предпринимает гигантские усилия, чтобы наконец, разрешить это противоречие развития. Всплеск сепаратизма в крупнейшем по территории регионе страны, который ко всему прочему занимает крайне важное географическое положение, потребует от центральных властей экстраординарных усилий. Тогда программа развития центральных областей окажется под угрозой — что может привести к разлому страны уже по этой чрезвычайно опасной линии. В этом случае сепаратисты в Синцзяне покажутся детской шалостью.

Не стоит, однако, думать, что всё так плохо. Программы развития СУАР работают, уровень жизни населения очень серьёзно повышается — причем в последние годы это видно даже визуально. Очень внушительными темпами строится жильё, развивается сельское хозяйство района, местная промышленность, в Синцзян приходят крупные промышленные компании Китая. Существует интересная и специфическая программа, по которой каждый город Китая безвозмездно строит в районе какой-то значимый социальный, культурный или промышленный объект. Тем не менее, сепаратизм — опасность вполне реальная и вещественная. Именно Синцзян будет одним из первых объектов атак на Китай, с чьей стороны она бы не происходила. Слишком непрочен здесь мир и велика вероятность волнений.

Тибет


Соседний с СУАР Тибетский автономный район Китая — еще одна непростая проблема. И как раз Тибет в силу специфики истории взаимоотношений с континентальным Китаем является не менее вероятным объектом для атаки на Китай изнутри.

Во многом мифы и легенды о прекрасной стране Шамбале, о духовных и просветлённых старцах, которых покорили злобные и завистливые соседи, распространяется либо людьми, мало сведущими в реальном положении дел, либо людьми, прямо заинтересованными в мифологизации и антикитайской пропаганде. Действительность гораздо более прозаична и неприглядна.

Тибет — это действительно, страна монастырей. Горная страна. С тяжелым высокогорным климатом, который даже создал специфический внешний вид жителей Тибета — у них переразвита грудная клетка и увеличен объем лёгких, они привычны к свирепым горным морозам и ветрам, у них несколько иные физиологические показатели, чем у жителей равнины. Однако на этом отличия не заканчиваются.

Вплоть до 50 годов 20 века общественно-политический строй Тибета можно охарактеризовать как жесткую теократическую диктатуру рабовладельческого государства. Да, именно так — в Тибете официально до присоединения его к Китаю существовало рабство — причем в исключительно жестокой форме. Раб был вещью, скотом, имуществом. Его можно было наказать, изувечить, убить. Одной из форм наказания было отрубание конечностей — и встретить однорукого или вообще безрукого человека, так же как и с отрубленной одной или двумя ступнями или вообще ногами было вполне обыденным делом.

Рабами были почти 20% населения Тибета. Однако жизнь условно свободных жителей была ничуть не легче. Тяжелейшие повинности крестьян в пользу монастырей, неподъёмные долги под чудовищные проценты, переносимые даже после смерти родителей на детей, обращение в рабство за долги и жестокое отношение — вполне тривиальная ситуация тех лет. Более того — значительная часть населения монастырей занималась не сколько духовным просветлением и боевыми искусствами, как в голливудских поделках, сколько таким же тяжелым и бесконечным трудом. По сути, трудовое население Тибета поголовно было бесправным, забитым и не видело ни малейшего просвета в существовании. При этом нужно учитывать географию региона, которая четко делит Тибет на две части. Горная местность чисто географически дробила Тибет на анклавы — и уже поэтому объединение крестьян в борьбе против монастырей обычно носило очень локальный характер — любые выступления против власти рабовладельцев-теократов подавлялись с неимоверной жестокостью.

Нетрудно понять, что «оккупация» частями НОАК Тибета была воспринята населением этой горной области как минимум равнодушно — хуже уже точно быть не могло. Во многих случаях ни о каком сопротивлении «захватчикам» речи не шло — наоборот, их встречали зачастую просто как освободителей. Естественно, не все — терять такую прекрасную жизнь для теократов было делом совершенно немыслимым. Однако полное отсутствие народной поддержки — вещь объективная, и власть мудрых и просветленных старцев рухнула практически как карточный домик.

Анализируя мифы о прекрасном и загадочном Тибете, распространившиеся после «оккупации», можно отметить, что значительная часть из них основывалась на самой банальной выдумке. Мало освещается тот факт, что Китай оставил право тибетцам на функционирование монастырей, на традиционную жизнь и уклад — но предельно свирепо ликвидировал дикие пещерные обычаи рабовладения, существенно урезал права теократов. В годы культурной революции значительная часть монастырей была разрушена - однако после ликвидации последствий этого периода новейшей истории Китая постепенно происходит их восстановление.

Так же, как и в Синцзяне, в Тибет вместе с частями НОАК пришли больницы, школы, пришли новые технологии, создавалась какая-никакая, но промышленность (естественно, с учетом специфики горной местности и населения этого региона страны). Даже в тяжелейшие годы для самого Китая размеры помощи национальным окраинам были весьма значительны. Протибетская пропаганда активно педалирует тему репрессий в годы "культурной революции" - однако при этом умалчивается тот факт, что в эти годы репрессии носили широчайший характер на всей территории КНР без каких-то предпочтений и различий.

Тибетский сепаратизм остаётся крайне значимым фактором, особенно в связи с тем, что Запад и Соединенные Штаты используют факт «оккупации» Тибета в качестве еще одного инструмента давления на Китай. Этому же служат и голливудские фильмы, мифологизирующие Тибет и создающие правильный с точки зрения борьбы за права человека фон для периодического вытаскивания темы о «незаконной оккупации».

Результатом вторжения частей НОАК и присоединения территории Тибета к КНР стало массовое бегство немалой части населения — мирное население вообще предпочитает выбирать бегство ужасам любой войны. Эти люди практически поголовно полагают свою территорию оккупированной страной. Часть населения Тибета, оставшегося под властью КНР, тоже без восторга относится к присоединению. Духовный лидер Тибета далай-лама ведет деятельность по возвращению независимости Тибета — и на этом поприще имеет значительный вес и авторитет в мире. За пределами Тибета создано правительство в изгнании.

Для Китая ситуация усугубляется тем, что политика китаизации Тибета по сравнению с аналогичной политикой в Синцзяне столкнулась с суровыми климатическими и природными условиями присоединенной территории. В связи с этим паритетного соотношения хань и тибетцев Китаю так и не удалось добиться — в самом Тибетском автономном районе на 2,5 миллиона тибетцев приходится чуть более 150 тысяч ханьцев. В районах Тибета, присоединенных к провинциям Китая, ситуация несколько иная — скажем, в провинции Сычуань на трех присоединенных тибетских территориях процентное отношение ханьцев гораздо выше — от четверти до трети населения.

Так или иначе, но проблема сепаратизма для Тибета является крайне значимой, единственная разница, которую можно увидеть в положительном свете для КНР, заключается в том, что общая численность тибетского населения на всей территории Большого Тибета составляет около 5 миллионов человек, тем более, что они рассеяны по большой площади. Всё остальное представляет по сей день очень сложную проблему, решаемую с трудностями и имеющую большой внешнеполитический резонанс.

Нужно понимать также, что китайская версия истории Тибета отражает интересы именно Китая. Во многом она искажена и фальсифицирована по сравнению с реальностью. Тибет на протяжении своей длительной истории был независимым государством, волей судьбы попавшим в сложнейшие условия — и географические, и политические. Существуя между двумя крупнейшими государствами Азии, попадая в сферу борьбы сверхдержав. В конечном итоге его независимость была уничтожена — и не только злой волей китайцев — аннексия Тибета была выгодна той же Англии и России, которые вели в 19 веке борьбу на просторах Азии.

Уже поэтому нет смысла вводить нравственные понятия и категории для оценки возникшей ситуации — она такова, какова есть. Нужно исходить из сложившегося положения и оценивать ее критические для современного Китая аспекты.

Синцзян и Тибет географически закрывают собой всю западную границу КНР. На значительной протяженности это труднодоступная местность с минимальным количеством пригодных транспортных коридоров. Кроме того, именно на территории Тибета между КНР и Индией сохраняется напряженность. Такие же непростые отношения связывают Китай с высокогорным Непалом, в котором симпатизирующие Китаю маоисты ведут по сей день сложную политическую борьбу, перейдя от военных действий к более мирным методам — однако говорить о стабильности в бывшем королевстве не приходится и по сей день.

Наиболее значимыми транспортными коридорами на западной границе является пограничный проход Джунгарские ворота, соединяющий Синцзян с Казахстаном, а также коридор Каракорум, через который осуществляется связь Китая и Пакистана. Есть ряд других проходов и коридоров - однако высокогорный характер местности ставит перед Китаем чрезвычайно сложную задачу организации круглогодичного транспортного сообщения в этом направлении. Сложность заключается в том, что каракорумский коридор проходит по спорным территориям Индии и Пакистана, Индии и Китая, что создает сложности при стратегическом планировании его использования.

Это и создает прекрасную — если не уникальную — возможность путем хаотизации и создания напряженности в Синцзяне и Тибете фактически прервать любое ритмичное снабжение Китая через территорию Центральной Азии. А у Китая есть очень серьёзные планы именно на это направление.
Comments 
27-окт-2012 10:55 am
Синьцзян и Тибет - надуманные проблемы. Самая важная проблема в Китае гармония между севером и югом. Если у Севера и Юга все норм, то как Тибет не расчесывай ничего не выйдет, а если очередное Тайпинское восстание, то кроме Тибета ещё много чего может отвалиться.
27-окт-2012 10:58 am
Дело не в том, насколько они надуманы. Это проблемы, которые легко и быстро поднять и вывести на критический уровень.
27-окт-2012 11:16 am
А как это может выглядеть? В Тибете же живут не ваххабиты чечены, а мирные буддисты. И плотность населения не такая уж большая, чтобы большое количество смутьянов на кв. км. набрать.
27-окт-2012 11:27 am
Мирными их можно назвать исключительно со слов Стивена Сигала или Тома Круза. У тибетцев есть преимущество перед китайцами - они живут в той местности, к которой приспособлены. В случае серьезного восстания НОАК будет вынуждена воевать в совершенно чудовищных условиях высокогорья. 4500 метров над уровнем моря даже для подготовленных альпинистов - это уже экстрим. Даже на ровном участке местности. Когда дышать нечем - просто ходить, не то что воевать очень затруднительно.

Поэтому даже не очень масштабное восстание - это очень нетривиальная проблема в таких условиях для Китая.
27-окт-2012 11:40 am
Где-то в Андах, вроде, есть местности, города - пару лет если прожить там - в долину спускаться уже нельзя.
27-окт-2012 11:42 am
В высокогорных районах Тибета многие ханьцы работают вахтовым методом.
27-окт-2012 12:40 pm
Пакистан с Индией воюет на этих высотах причем армиями, а не "подготовленными альпинистами"
27-окт-2012 01:08 pm
Назвать то, что происходило во время конфликтов, войной, можно с весьма существенной натяжкой.
27-окт-2012 12:51 pm
Был 7 лет назад в Лхасе. Еще до постройки туда железной дороги. Китайцев там неимоверно больше было чем тибетцев. После постройки дороги наверное стало еще больше. Тибетцев просто выживут оттуда потихоньку, особенно тех кто радеет за независмость Тибета.
27-окт-2012 01:22 pm
У тибетцев есть преимущество перед китайцами - они живут в той местности, к которой приспособлены. В случае серьезного восстания НОАК будет вынуждена воевать в совершенно чудовищных условиях высокогорья. 4500 метров над уровнем моря даже для подготовленных альпинистов - это уже экстрим. Даже на ровном участке местности. Когда дышать нечем - просто ходить, не то что воевать очень затруднительно.
Поэтому даже не очень масштабное восстание - это очень нетривиальная проблема в таких условиях для Китая.
Вздор. В Тибете в 1959 году уже было массовое антикитайское восстание - НОАК подавила его за месяц.
27-окт-2012 02:17 pm
Тибет вообще-то - это две очень сильно отличающиеся друг от друга территории. С разными географическими условиями.

Но суть не в этом. В 82 году старший Асад подавил восстание в Хаме. И интенсивность подавления мятежа была значительно выше, чем сегодня - за сравнительно короткое время число жертв было равным (а по другим сведениям - и большим), чем сейчас за два года. А вся разница между "тогда" и "сегодня" - во внешних условиях. Тогда "извне" эта проблема мало кого интересовала. А вот сейчас интересует. Потому и разница.

Подумайте над этим - и увидите, что 59 год несколько отличается от нынешнего времени.
27-окт-2012 02:23 pm
Чтоб об это говорить - надо бы там побывать... Чудовищных условий нет, на том плато дышится так же как у Эльбруса на Азау. Есть много китайских военных баз. И население в действительности мирное. Не с чем воевать - просторы. Вся злоба в городах. А Лхаса , Шигадзе, Гьягдзе не такие уж большие города. В Лхасе китайцев здорово недолюбливают - говорят принесли разврат и всякую подобную фигню. Говорят до китайцев здесь было чище...
Плюс к тому в Непале очень недолюбливают маоистов, потому как те здорово подрывают устоявшийся уклад. И вдобавок есть еще один путь из Тибета в Непал - через Ньялам, хотя дорога там по ущелью - много не навозишь.
Так что выводы и сама статья малек не на том основаны.

Edited at 2012-10-27 14:25 (UTC)
27-окт-2012 02:03 pm
Буддистов не делает мирными сама принадлежность к буддизму. Совсем недавно в Мьянме буддисты массово били мусульман.
28-окт-2012 01:23 pm
Между Севером и Югом проблемы в Китае нет.
This page was loaded авг 25 2019, 9:47 am GMT.