?

Log in

No account? Create an account
Эль Мюрид
Две войны (1) 
22-дек-2017 01:52 am
Две войны, которые ведет путинский режим сегодня, заслуживают того, чтобы в конце года их оценить «как есть» на данный момент.

Есть смысл, наверное, начать с медийно более громкой войны в Сирии, хотя значимость первой — на Украине, безусловно, существенно выше.

Я не стану повторять, что писал ранее неоднократно. Война в Сирии полностью укладывается в причинно-следственные связи, идущие еще из середины нулевых, когда наши невежественные «руководители» углеводородных отраслей допустили стратегический просчет, не оценив перспектив «сланцевой революции» в США. На основе этой провальной оценки была выдвинута идея «энергетической сверхдержавы», которая, в принципе, могла быть если не прорывной, то весьма многообещающей, если бы ее развернули в полноценное и масштабное развитие технологий добычи и получения всех известных на сегодняшний момент и перспективных источников энергии с целью продажи как самих технологий, так и их продукции любому потребителю. Но примитивный уровень мышления российского руководства свел очень многообещающую идею к примитивной же торговле газом, газом и еще газом. А сверху — нефтью.

США же, отдавая себе отчет в том, что нефтяная эра подходит к концу, и буквально через 20 лет мировой энергобаланс будет выглядеть принципиально иначе, дали старт сбросу стратегических запасов нефти и газа, заодно решая ряд попутных, но крайне важных задач как в экономике, так и в политике. В том числе и глобальной. До российского руководства происходящее стало проблесками доходить примерно в 9-10 году, но оно продолжало пребывать в сумраке вплоть до 13-14 года, когда США запустили проект сноса украинской власти и создания барьера на пути российского газа в Европу.

Полное отсутствие понимания того, как надлежит противодействовать созданию такого барьера, привело к судорожным и крайне хаотическим движениям весной-летом 14 года. Путин совершенно не представлял зачем ему Украина и что с ней делать в ситуации, когда она была полностью разрушена, как государство, после февральского переворота. По всей видимости, Крым стал одной из таких судорог в Кремле, когда руки рефлекторно и профессионально хватали что плохо лежит, а голова в это время с запозданием соображала: зачем?

С точки зрения империалистических интересов Кремль попал в тупик. Совершенно естественная реакция любой нормальной страны на катастрофу в соседней — взятие ситуации там под контроль, если нет других вариантов — то и силой. Сомали, в которое превращается Украина сегодня, лучше всего показывает, что других вменяемых сценариев не было и быть не могло. Затем появлялись развилки — с присоединением, федерализацией или разделом Украины. Каждый из сценариев был вполне рабочим, и главное — Кремль сохранял украинское направление газового транзита, что, казалось бы, соответствовало его интересам. Но только казалось.

Без сомнения, любые действия Кремля по такому сценарию были бы названы агрессией и оккупацией, и Штаты вынудили бы Европу даже вопреки любым здравым расчетам вводить тотальное эмбарго на торговлю с Россией. Нынешние санкции — семечки по сравнению с тем, что грозило в таком случае. Скорее всего, Буркхальтер привез Путину в мае позицию и США, и Европы как раз по данному вопросу, что окончательно изменило и тон, и действия Кремля. Счета Путина и его страх за них — версия, конечно, увлекательная, но он — представитель монополистического капитала России, а потому представляет его интересы, и только его. Все остальные, включая и свои личные, идут следом.

Возник сложный компромисс, который носит и по сей день временный характер: Европа вводит санкции только за Крым и немножко за Донбасс, но при этом не стреляет в голову себе и не душит интересы Газпрома на корню, давая последнему прокачивать газ по действующему транзитному договору, срок которого истекает 31 декабря 18 года.

Фактически эта дата является промежуточным, а возможно, что и конечным дедлайном для всех участников начавшейся империалистической войны за европейский газовый рынок. Число и состав субъектов этой войны таков, что если о мировом ее характере говорить еще несколько преждевременно, то о полномасштабной региональной с перспективой расширения — вполне даже уместно. Все в порядке — две предыдущие мировые начались в Европе, поэтому где же еще начинаться третьей?

К началу 19 года Россия должна создать обходные маршруты вокруг Украины, при этом максимально затягивая сам конфликт на ее территории (как на Донбассе, так и вокруг Крыма), не давая США полноценно закрыть ее территорию конкретным таким санитарным кордоном.

Собственно, российские войска на бывшей украинской территории и выполняют свою роль угрозы, но как и любая угроза, она должна оставаться в потенциальном поле, примерно как ядерное оружие или любой другой вид вундерваффе: угроза, но не применение создают паритет страха. При этом Кремль очевидно не пойдет на применение армии даже в случае кризиса, максимум — это повторение событий зимы 15 года, когда российские войска отбили украинское наступление, но твердо встали под лозунгом «ни шага вперед». Поэтому украинская сторона и ведет постоянные обстрелы и попытки наступлений — ей важен не результат, а процесс. Российское военное командование постоянно балансирует в противоречии между политическим приказом «стоять на месте» и оперативной обстановкой, которая вынуждает на ответные действия. Такая вялая война полностью снимает с российских военных функцию угрозы, так как в конечном итоге политическая установка всегда приоритетнее текущей оперативной, а брать на себя персональную ответственность российских командиров отучили уже достаточно давно.

Но события на Донбассе не имеют принципиального значения с точки зрения стратегической задачи: война на Украине должна продолжаться вплоть до прокладки всех обходных маршрутов, после чего границу должны закрыть на замок и забыть про Украину навсегда. С точки зрения национальных интересов такая постановка вопроса — уже поражение, так как крупнейшие политические и промышленные центры Европейской территории в таком случае даже теоретически невозможно защитить от любой агрессии с запада, но кто сказал, что Кремль — про национальные интересы? Он про торговлю газом.

Проблема в том, что с обходными маршрутами дела обстоят неважно. И сегодня можно точно сказать, что «неважно» - это слишком мягко.

This page was loaded фев 24 2018, 11:51 am GMT.