el_murid (el_murid) wrote,
el_murid
el_murid

Тектоника распада (2)

Однако есть и третий сценарий, и ряд признаков показывает, что в той или иной мере события начинают разворачиваться в его рамках.

Этот сценарий — распад глобального рынка на несколько региональных. В своей статье «Распад «глобального мира»: как это будет» Михаил Хазин обобщенно пояснил суть происходящего:

«...Основной действующий механизм распада мира на валютные зоны в нашей теории прописан достаточно чётко: снижение совокупного спроса в связи с невозможностью его поддерживать на уровне, существенно превышающем реально располагаемые доходы населения, приведёт к падению уровня разделения труда. Это, в свою очередь, уменьшит добавленную стоимость, создаваемую в экономике, что сделает нерентабельным поддержание глобальной инфраструктуры мировой системы разделения труда. И, соответственно, она распадётся на более «дешёвые» с точки зрения обслуживания фрагменты...»

Хазин предполагает распад глобального мира на 5-6 региональных кластеров, причем это число может быть и меньшим, кроме того, он не исключает возможности дальнейшего распада и этих кластеров.

«Сценарий распада» тоже сулит немало проблем, однако позволяет обойтись без катастрофических последствий первых двух ценой определенной деградации глобального рынка через снижение издержек на «обслуживание» меньших по своему размеру структур региональных кластеров.

Этот сценарий не разрешает ключевой проблемы глобальной кредитной экономики — противоречия между экстенсивным ростом и конечностью пространства, однако позволяет выиграть время (оценочно от 50 лет до столетия, хотя верхняя планка выглядит достаточно завышенной) для того, чтобы осмыслить ситуацию и предложить иные решения в рамках возможно нового технологического уклада.

Кстати говоря, такой сценарий может сломать на какое-то время устойчивый процесс смены кондратьевских технологических циклов: Кондратьев не рассматривал ситуацию, при которой в ходе этого процесса произойдет деградация экономической системы. Поэтому вполне возможно, что фазовый переход между нынешним Пятым и наступающим Шестым технологическими укладами так и не будет перейден или во всяком случае, не будет перейден полностью.

Вот рамочно и очень схематично как выглядит разворачивающаяся перед нами катастрофа глобального мира, в котором мы сегодня живем. Мы видим ее, мы ее ощущаем, но осознать во всем ее пространстве мы попросту не в состоянии в силу глобальности происходящего, а также в силу того, что современное человечество еще никогда не сталкивалось в своей известной истории перед такой проблемой.

Я был обязан сделать это отступление вот для чего.

Из сказанного можно сделать много разных выводов, но я не зря упомянул слово «тектонический» для обозначения разворачивающегося процесса ликвидации глобального мира. Во многом происходящее можно в какой-то степени уподобить распаду первичного материка Пангеи на нынешние материки. Этот процесс в итоге обеспечил устойчивость планеты, создал современный ее облик. Однако рифтогенез вызвал появление зон разлома земной коры, зон сейсмической активности на окраинах материков и в зонах субдукции-спрединга.

Понятно, что аналогия довольно условна, как и все аналогии, однако вне всякого сомнения, процесс распада глобального мира на кластеры неизбежно вызовет возникновение пограничных между ними зон, где процессы распада приобретут катастрофический и во многом неподконтрольный никому характер. Собственно, мы уже являемся свидетелями начала этого процесса. Начавшийся этап строительства обособленных региональных рынков и валютных зон вызвал катастрофы и войны на их окраинах. Арабская весна, война на Украине, возможные потрясения в Центральной Азии — все эти конфликты расположены как раз в зонах, промежуточных создаваемым кластерам.

По факту процессы, протекающие в этих зонах, носят достаточно однотипный характер: распадаются и разрушаются ранее стабильные или квазистабильные государства и режимы, на их месте происходят конфликты малой и даже средней интенсивности, в которые вовлечены десятки и сотни тысяч человек. Создаются зародыши новых протогосударств, хотя и «старые» в ходе этой борьбы имеют немалый шанс сохраниться в относительно стабильном виде. Можно привести пример Египта, который прошел практически через те же стадии майданной «революции достоинства», что и Украина, однако сумел справиться с ситуацией и вернуть всё на относительно прежние позиции. Борьба еще не завершена, однако шанс на сохранение Египта в его прежнем виде достаточно высок. Вопрос теперь заключается лишь в том, сумеет ли египетская элита сделать выводы и разрешить накопленные противоречия, которые и привели страну на грань коллапса.

В то же время Ливия, Сирия, Судан, Йемен, Ирак находятся в состоянии перманентного распада. К опасной черте подходят аравийские монархии, которые могут не справиться с йеменским кризисом и шиитскими волнениями на своих территориях. Неизвестна пока судьба Афганистана, трудно прогнозировать, какое развитие обстановки ожидает бывшие республики Советской Средней Азии.

Не исключено, если процессы в этих странах выйдут из-под контроля, нестабильность будет распространяться дальше — на относительно стабильные сегодня территории Южной и Восточной Европы, Казахстана, Киргизии, Узбекистана, Пакистана и конечно же, России. Украинский кризис впрямую ставит под вопрос стабильность и Западной Европы.

В этом смысле крайне важным представляется обратный процесс: создание на территориях, охваченных сегодня хаосом, зародышей будущих государств, которые объективно будут заинтересованы в стабилизации обстановки и создании связей или даже вхождению в создающиеся региональные рынки на тех или иных ассоциированных условиях.

Здесь можно (и нужно) беспристрастно оценить всю совокупность происходящих общих для всех процессов, однако вывод, который и вынудил меня взяться за столь неоднозначную тему, как та, что затронута в этой книге, я бы сделал следующий: процессы, происходящие на периферийных по отношению к создающимся региональным рынкам территориях, в общих чертах имеют схожий характер. Естественно, с учетом своей специфики, разной для каждой из стран, которые сейчас проходят через этап демонтажа и пересборки, однако в целом эти процессы выглядят достаточно однотипными. Попытка обобщить их на примере нескольких, сравнить конфликты, проходящие сейчас в «зонах разлома» и попытаться найти в них общие закономерности развития, выглядит совершенно нелишней.

Темой книги являются два наиболее острых на сегодняшний день конфликта: конфликт в Ираке и Сирии, ключевым субъектом которого является Исламское государство Ирака и Леванта ИГИЛ, и конфликт на Юго-Востоке Украины, одним из субъектом которого являются непризнанные народные республики ДНР и ЛНР. Оба эти конфликта непосредственно связаны с Россией хотя бы потому, что происходят по границе создаваемого Россией и ее союзниками Евразийского экономического союза. Если ситуация вокруг этих конфликтов не будет разрешена в сторону их стабилизации и умиротворения (причем реального, а не временного или имитационного), в этом случае вероятность перетекания конфликта на нашу территорию существенно возрастает.

Объективно в наших интересах, чтобы оба эти конфликта завершились созданием стабильных или по крайней мере в меру устойчивых систем. Это может быть возвращение к прежним государствам и военно-политическим поражением ИГИЛ и ДНР-ЛНР с последующей «работой над ошибками» в рамках выстоявших «старых» государств, которая разрешила бы противоречия, вызвавшие возникновение вооруженных конфликтов на их территориях. Однако в рамках такого подхода нам может оказаться выгодной победа ИГИЛ и ДНР-ЛНР и создание ими неких государственных образований, которые могли бы стать относительно стабильной пограничной периферией нашей экономической зоны.

Я пока не стану касаться темы устойчивости столь небольших государственных образований, которые неизбежно столкнутся с территориальной и ресурсной недостаточностью, что в свою очередь делает их существование крайне проблематичным — об этом речь пойдет ниже. Пока это лишь постановка вопроса.

Безусловно, тема выглядит крайне обширной, чтобы попытаться раскрыть ее в одной, пусть даже и очень «толстой» книге, но я считаю себя обязанным начать ее хотя бы потому, что проблема «цветных революций» и связанных с ними катаклизмов крайне важна.

Я полагаю, что для нашей страны эти «революции» могут в ближайшем обозримом будущем выйти из разряда умозрительных и теоретических построений в совершенно практическую плоскость.

Далее упомяну об этом более подробно, но буквально на моих глазах произошел переход от теоретических умозрительных построений, которые были сделаны на круглом столе в «Независимом военном обозрении» в апреле 2013 года, к их практическому воплощению. Тогда один из докладчиков офицер-генштабист М. М. Хамзатов изложил сценарий захвата террористическими группами крупного мегаполиса, включая последовательность их действий и расчет их численности. Практически через год ИГИЛ точь в точь в соответствии с изложенным сценарием захватила второй по величине город Ирака Мосул крайне небольшой по численности (всего лишь 800 человек) ударной группировкой.

Очень не хочется, чтобы строго в соответствии с теоретическими построениями на нашу землю пришли цветные перевороты и сопутствующие им события. Хочется надеяться, что изложение сценариев развития ситуации поможет сломать их и не допустить возникновения в России еще одной территории катастрофы.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 78 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →