el_murid (el_murid) wrote,
el_murid
el_murid

Category:

Обещания с легким сердцем

Джон Керри в Каире сделал очередное заявление о том, что США не позволят Ирану обладать ядерным оружием. Легко обещать очевидные вещи, поэтому как раз тут Керри ничем не рискует.


Вообще, разговоры о ядерном оружии Ирана давно и прочно перешли в разряд медитативных. Пляски с бубном вокруг костра интересны с точки зрения зевак-туристов, но совершенно несерьезны с любой рациональной точки зрения. Гораздо логичнее понять не почему Иран не должен обладать ядерным оружием, а задаться вопросом - нужно ли оно ему вообще.

Есть два вполне классических примера военных ядерных программ, которые были начаты странами третьего мира. КНДР и Пакистан. В обоих случаях решение о запуске этих программ последовало после тяжелого поражения в войне, в ходе которой руководство этих стран пришло к выводу о невозможности победы в случае их повторения. КНДР не смогла победить Южную Корею, Пакистан - Индию. При этом Пакистан не просто проиграл войну, он еще и понес тяжелейшее поражение и потерял территории.

И северокорейская, и пакистанская военные ядерные программы направлены на выравнивание регионального баланса и направлены исключительно против тех противников, которые и нанесли им поражение. Естественно, что Пакистан и Индия, Северная и Южная Кореи в этом случае решают уже не чисто военные, а по большей части политические задачи взаимного сдерживания - применение ядерного оружия рассматривается ими как крайний случай. Не зря и Индия, и Пакистан хранят свои ядерные заряды в состоянии пониженной боевой готовности - в неснаряженном состоянии. В Пакистане готовность понижена еще дальше - сам заряд разделен на ядерную и неядерную компоненту, которые хранятся отдельно друг от друга.

Два случая - это еще не статистика, однако позволяют делать вполне серьезные предположения. Иранская военная ядерная программа может быть направлена только против Израиля - других противников в регионе у Ирана просто нет. Однако Иран и Израиль не воевали друг против друга, и уже поэтому Иран не терпел поражения в войне. Скажем, можно было бы делать прикидки в случае пары Египет-Израиль или Сирия-Израиль - они воевали, и убедились на собственном опыте, что победить Израиль в "обычной" войне не в состоянии.

Сирия сделала выводы и решила проблему через программу химического вооружения. Химическое оружие никогда не рассматривалось сирийцами в качестве регионального оружия сдерживания - они не угрожали его применением никому другому. Химическое оружие Сирии создавалось исключительно под одного противника - Израиль. Опубликованные данные о его количестве - приблизительно 10 тысяч тонн - говорят как раз об этом. Этого количества достаточно для того, чтобы нанести неприемлемый ущерб в войне с Израилем - причем химическое оружие не имеет военного значения. Его нет смысла применять по армии противника - а вот угроза применения его по тылам и гражданским объектам делает войну бессмысленной для Израиля.

Пару Сирия-Израиль в каком-то смысле можно рассматривать как еще один случай в рассматриваемой статистике, так как химическая программа Сирии в своем военно-политическом аспекте один в один повторяет всю логику решений Пакистана и Северной Кореи.

Говоря иначе - у Ирана нет побудительных причин считать, что в гипотетической войне с Израилем он не сможет обойтись без оружия массового поражения. Военная доктрина Ирана не нуждается в качественном усилении военной мощи. Он рассчитывает на иные способы достижения положительного результата - скажем, рассматривая в качестве важной компоненты возможного военного столкновения организацию "Хезболла".

Еще один важный момент, связанный с ядерной программой Ирана в ее военном аспекте, носит чисто технологический характер. О ядерной программе Северной Кореи и Пакистана известно очень многое, чтобы не попытаться проводить аналогии и с Ираном.

Достаточно взглянуть на перечень объектов военной программы Пакистана и сравнить его с иранским, чтобы сделать вполне однозначные выводы. Для реализации своей военной программы Пакистан построил три легководных исследовательских реактора мощностями 9 и 30 МВт, два легководных мощностями по 310 Мвт в Часме, два тяжеловодных реактора мощностями 140 и 50 Мвт, из которых 50-МВт реактор в Кушабе носит все признаки реактора-бридера (накопителя). Он неподконтролен МАГАТЭ, у него нет генераторного блока. Кроме того, в Пакистане созданы четыре производства тяжелой воды, завод по переработке плутония в Равалпинди, три крупных производства по обогащению урана, а главное - специализированный завод по производству ядерных боеприпасов в Вахе и испытательный полигон в белуджистанском Чагаи.

К этому нужно добавить самые настоящие джеймсбондовские истории работы Межведомственной разведки Пакистана по добыче секретов в странах Запада, когда многие разработки и даже технологические решения были попросту украдены. Нужно вспомнить, что Китай поставил Пакистану целые производства и полную сборку уранового ядерного заряда. Военная программа Пакистана не может рассматриваться без особенностей программы строительства носителей. Это тоже отдельные темы, которые нужно сравнивать с существующими иранскими.

Можно рассмотреть в подобном разрезе и технологические особенности северокорейской ядерной программы - и прийти к точно таком же выводу - военная ядерная программа даже в варианте "для бедных" носит обширный характер, который совершенно не похож на то, что делает Иран.

Все сказанное однозначно говорит о том, что Иран даже теоретически не рассматривает военную составляющую своей ядерной программы. Она не нужна ему в доктринальном плане, для ее реализации нет целого ряда критически важных производств - ни в наличии, ни в проектах.

Именно поэтому Джон Керри с легкой душой может обещать своим союзникам и странам региона не допустить того, чего нет в природе. А чего не пообещать-то, когда и выполнять ничего не нужно?
Tags: Иран
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments